?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

"Думаю, можно конкретно датировать появление в целом самой идеи путешествия человека в космос на другие миры: 7 января 1610. Именно в эту дату написано письмо, сообщавшее, что Галилео Галилей (1564-1642) впервые наблюдал в телескоп крупнейшие спутники Юпитера, Увидев их, итальянский учёный понял, что планеты - это миры, подобные нашему. До этого небеса считались расположенными на не очень большом расстоянии от Земли, а Солнце и Луна - единственными материальными телами, с которыми мы разделяли Вселенную. Даже при этом природа Луны, к примеру, была предметом многих дебатов: действительно ли она была телом, подобным Земле? Или же была чем-то более "эфирным"? Звезды, хотя и некоторые из них явно ярче прочих, тем не менее, считались находящимися на на более или менее одинаковом расстоянии от Земли; однако то, каково же это расстояние, могло быть предметом дискуссии. Планеты были просто особым классом ярких звезд, которые блуждали среди других звезд,"неподвижных"; в то время само слово "планета" означало не более, чем "странник". Ничего другого особо необычного в них не было. Для древних было немыслимо, что эти мерцающие огоньки могут быть местами, куда можно путешествовать; и только Луна служила местом назначения в редкой горстке фантазий. И даже это не рассматривалось чем-то вполне физическим, а как своего рода эфирная "Нигдейя" или "Нетландия". Откровение Галилея изменило всё это навсегда".



Иллюстратор, писатель и популяризатор науки из штата Виргиния Рон Миллер рассказывает в штатовском блоге io9 6 января 2014:

"Луна оказалась таким же несовершенным миром, как и наш, с горами, долинами, равнинами и сотнями странных, "закольцованных" гор и кратеров. Планеты, очевидно, были такими же мирами, как Луна и Земля. А если они действительно были мирами, как наш собственный, то разве это не подразумевало другого сходства? Разве на них не будет пейзажей и живых обитателей? А ещё, конечно, животной жизни - и, возможно, цивилизаций? Будут ли там, в небесах, великие города и могущественные царства? А если будут, - то разве не могут быть и великие сокровища? Эти вопросы были далеки от риторических. Когда люди смотрели ввысь, они больше не видели абстрактных точек света. Они видели бесконечные возможности новых миров".

"Во времена открытия Галилеем новых миров в небе новые миры были открыты и прямо здесь, на Земле. Немногим более столетия ранее европейцы открыли целые материки, Северную и Южную Америки, что, как оказалось, лежали не известными для них далеко за Атлантическим океаном. К началу 1600-х сотни кораблей и тысячи исследователей, колонистов, солдат, священников и авантюристов отправились из Европы в эти удивительно плодородные, богатые и странные новые земли. А теперь они узнают: итальянский учёный обнаружил, что небо тоже полно новых миров. О, как же это, полагаю, их расстраивало! Ведь новые миры Америк, которых из Европы ну никак нельзя было разглядеть и которые для подавляющего большинства европейцев существовали лишь в виде россказней путешественника и, зачастую, более воображаемых, чем реальных карт, тем не менее, мог посетить любой, обладавший средствами или отвагой. Однако теперь в наличии были целые новые "Земли" - Венера, Марс, Юпитер, Сатурн и Луна, - которые всякий мог видеть и даже составлять их карты; целые новые планеты с невообразимыми континентами и богатствами... Но не было возможности прикоснуться к ним! Это было как дразнящий обезьяну банан, висящий вне её досягаемости".

"Не удивительно, что подавить и скрыть открытия Галилея не смогли. За их публикацией быстро последовал целый поток историй о космических путешествиях: книги "Somnium" немецкого астронома и математика Иоганна Кеплера (1571-1630), опубликованная в 1634 уже после его смерти, "Человек на Луне" английского писателя Фрэнсиса Годвина (1562—1633), также посмертно опубликованная в 1638, "Микромегас" 1752 французского философа Вольтера (1694-1778) и многие, многие другие. Появились поэмы, песни, пьесы и проповеди, все вдохновлённые возможностью путешествовать в новые миры на небе. У английского учёного Джона Уилкинса (1614-1672)", женатого на сестре лидера английской революции Оливера Кромвеля, "не было никаких личных сомнений в том, что такие путешествия в конечном итоге произойдут. Он писал в своем "Открытии мира на Луне" 1638: "Вы скажете, что туда, на Луну, невозможно доплыть. Что у нас нет таких ни Дрейка, ни Колумба, или какого-нибудь Дедала, чтобы изобрести перемещение по воздуху. Я отвечу: хотя мы ещё не знаем, как, хотя, возможно, ещё не пришло время возвысить настолько дух для новых попыток и странных изобретений, но я всерьёз уверен и основательно утверждаю - сделать летающую колесницу возможно".

"Очень многие писатели изо всех сил воображения старались представить, какова же может быть такая летающая колесница; но их ограничивали пределы доступных в то время технологий. Писатели историй о космических путешествиях до конца 1700-х просто нащупывали что-то во тьме: ведь способа, с помощью которого человек мог бы покинуть поверхность Земли, не существовало. За всю предшествующую историю человечества никто никогда не покидал Землю выше, чем мог подпрыгнуть".

"Здесь, правда, я должен упомянуть австрийского и трансильванского ученого и изобретателя Конрада Хааса (1509-1576), чья книга, оконченная в 1556, предшествовала Галилею более чем на полвека. Книга полностью посвящена науке о ракетной технике и содержит первые описания использования многоступенчатых ракет, колоколообразных сопел и жидкого топлива. На одной из иллюстраций в его книге изображена большая ракета, увенчанная "летающим домом", который Хаас явно предполагал для перевозки пассажира. Однако, увы, нет никаких указаний, что Хаас", опытный и практический военный инженер и ракетчик, "предназначал свою ракету для космических полетов".

"Изобретение в 1783 во Франции воздушного шара, летательного аппарата легче воздуха, стало крупными революцией и откровением, в восприятии человечеством исследованием Вселенной. Потому что теперь таковое осуществлялось не воображаемыми средствами, а посредством использования сделанной человеком машины, научного устройства. Вот это самое изменившееся восприятие стало наиболее важным для понимания: теперь, с помощью сделанного человеком инструментария, используя понятные и понятые физические принципы, можно было покинуть Землю. Поэтому проблема путешествия в другие миры, с которыми Земля разделяет Вселенную, также должна быть преодолена средствами науки и механики. То есть, даже если более мудрые головы знали, что вряд ли кому-нибудь удастся когда-либо добраться на Луну на воздушном шаре (наполненным ли подогретым воздухом, водородом или ещё чем), то они также понимали - идея путешествовать туда больше не была вопросом, низведенным до чистой фантазии".

"Однако, если путешествие в космос было просто вопросом правильной технологии, какова же могла быть эта технология? Воздушные шары? Антигравитация? Гигантские пушки? Были предложены и эти, и другие идеи. Но только в конце XIX века любой, кто всерьёз, с инженерным или научным обоснованием предлагал создать космический корабль, указывал для этого на использование ракет. Но как насчет писателей-фантастов? Всем известно, что они всегда "впереди игры". Придумал ли кто-нибудь из них, написав соответствующую научно-фантастическую историю, идею использования космического корабля с ракетным двигателем прежде, чем это сделали инженеры и ученые?"

"Да, конечно! Этот искуснейший "продвиг" обычно приписывают французскому драматургу, писателю и вольнодумцу, блестящему острослову и дуэлянту Эркюлю Савиньену Сирано де Бержераку (1619-1655). В своей сатирической книге "Иной свет, или Государства и империи Луны" (вышла в свет в 1657, тоже после смерти автора, но написана в 1649-1650) де Бержерак описал взлёт на Луну самой настоящей ракеты. Его герой уже опробовал несколько методов полета на Луну, но все безуспешно. Пока протагонист пытается залечить травмы, полученные в результате неудачного полёта его машины - вниз со скалы, - некие французские солдаты-шутники из города Квебек прикрепляют к той ракеты. При следующей "встрече" героя и его усовершенствованного вояками аппарата ракеты воспламеняются, - и герой де Бержерака взлетает в небо". Став, "пожалуй, первым человеком на данном этапе истории космонавтики". Происходит данный литературный полёт на ракете не то 6, не то 7 июля, ориентировочно, в 1649 или 1650.

Впрочем, "хотя де Бержераку и приписывают первое предложение об использовании ракет в космических путешествиях, следует признать: в действительности за ним в этом - лишь пол-заслуги. Поскольку он лишь включил его в список возможных способов передвижения, который, по его мнению, звучал так же глупо, как все другие описанные им методы. Нужно помнить, что де Бержерак старался придумать как раз самые невероятные методы запуска человека в космос - и что ракеты были одним из его вариантов, лишь счастливо-случайным "инцидентом".

Гравюра 1864: Галилей "в процессе" подачи человечеству самой идеи космических полётов.



Гравюра 1654: де Бержерак уже пораскинул мозгами, как полететь в космос.



Иллюстрация с "пассажирской ракетой" из манускрипта инженера-практика Хасса 1556:


Profile

rikki_vojvoda
rikki_vojvoda

Latest Month

May 2019
S M T W T F S
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031