rikki_vojvoda (rikki_vojvoda) wrote,
rikki_vojvoda
rikki_vojvoda

Categories:

Легендарный Чича

"В одну ветреную ночь я остановился в городе Соколац. Ресторан новой гостиницы был полон жителей Романии, горного региона на востоке Боснии. Я спросил, может ли кто-то рассказать мне что-нибудь о Чиче. Двое пожилых крестьян тут же встали и перекрестились: "Упокой его душу. Мы никогда не захотим и не сможем его забыть".



Известный в ФНРЮ и СФРЮ сараевский журналист, редактор и публицист, уроженец Тузлы Джавид Хусич пишет в белградском журнале "Илустрована Политика" за март 1961:

"В начале августа 1941 по Сараево пронеслись слухи, что крупная группировка коммунистических партизан действует в Романии, и ими предводительствует какой-то Чича. Они уже, говорили, вывесили свои знамёна с красной звездой на здешних вершинах и нападают на жандармские участки и укреплённые пункты усташей. Сообщение по железной дороге на Вишеград, на востоке Боснии, впервые была прервано из-за подрывов и диверсий".

"Чтобы "покарать агентов мирового большевизма" и выяснить, кто же такой Чича, из Мокро выдвинулся бойник (майор) Ченгич со 180 домобранами и 20 жандармами при четырёх орудиях. Но уже на первых горных серпантинах остался без автомобиля. А когда ещё и два грузовика с гитлеровцами, присоединившимися к карательной операции, также получили несовместимые со способностью к передвижению повреждения, вражеским офицерам пришлось, краснея, приказать отступить".

"- Кто этот Чича? - спрашивали усташи каждого из 80 сельчан, схваченных после столь кратковременного прорыва в Романию".

"- Командант красного отряда... Высокий, лицо продолговатое, бледное, глаза острые".

"- А зовут его как?"

"- Ну, Чича же..."

"19 августа 1941 от Мокро к первым селам освобождённого района таки добралась колонна гитлеровских автомобилей. И только нацисты двинулись стрелковой цепью, команды их унтер-офицеров заглушил окрик Чичи: "Вперёд, товарищи!"

"Во главе подоспевшего подкрепления Чича несколько раз атаковал, и гитлеровцы столкнулись с повстанцами-коммунистами в штыковую. Бой перекинулся к школе и продолжался четыре часа. А затем, при свете пламени горящих автомашин, победители насчитали 22 мёртвых нациста. Один из их унтеров стонал, раненый в бедро, и Чича приказал унести его вместе с ранеными партизанами".

"Уже на утро следующего дня бойцы по обрадовавшимся сёлам пересказывали ход боя:"

"- Видели бы вы, люди, как Чича своим длинным шагом нагонял швабов возле школы..."

"- И как, нагнал?"

"- Разумеется, как иначе. Когда подошёл к нам, мы закричали ему: "Эх, товарищ Чича, почему столь неосторожен? Ведь мог легко погибнуть". А он улыбнулся и ответил: "Ещё для меня не отлили пулю".

"Так один человек в 39 лет стал настоящей легендой".

"Когда началась война, инженер-строитель Славиша Вайнер работал на одном из предприятий Сараево. Ему не было и 38 лет, и был он известен как активист профсоюзного движения. Вступил в Коммунистическую партию Югославии в 1940, но ещё со студенческих дней полиция пристально следила за ним. Как "подозреваемого в том, что является коммунистом", в 1930 его арестовывали в Загребе".

"После нападения Германии на СССР Вайнер перешел на нелегальное положение. 20 июля 1941 он в последний раз видел свою жену Славку и сынишек Добришу и Небойшу. Днем позже он с большим трудом выбрался из хорошо охраняемого Сараево вместе с Сараевским Областным военным штабом красных повстанцев. Когда в одном из сараев северо-восточнее Сараево члены Штаба договаривались о нелегальных именах, инженер Вайнер выбрал имя "Чича" и так объяснил свой выбор остальным троим: "Это имя мне больше всего подходит. Отпущу в лесу бороду. Да и по годам я многим нашим товарищам, рвущимся к вооруженной борьбе, - уже почти как пожилой дядюшка".

"Когда четники и каратели стали жечь деревни бошняков-мусульман, беженцы в только что освобождённом красными Соколаце нашли и убежище, и бесплатную пищу. Чича отрывал эту еду от себя и своих бойцов, но один сельчанин из села, населённого православными сербами, стал ему сетовать:"

"- Ты кормишь бошняков и хорватов, а ведь нам самим не хватает!"

"- Беспокоит ли тебя, что я сам - хорват, из католической семьи?" - спрашивает Чича".

"Да с чего бы, товарищ Чича? Ты же наш..."

"А ведь те беженцы - не "какие-то бошняки и хорваты" или "мусульмане и католики", а твои же братья".

"Однажды к нем пришёл мальчик, кажется, пастух".

"- Я хочу в отряд!"

"- Ты слишком молод, сынок. И нет у нас оружия для тебя".

"Мальчик, вместо ответа, упал на колени и склонил голову. Командант поднял его за плечи и заглянул в плачущие глаза:"

"- Ты меня победил. Будешь в штабе курьером!"

"В другой раз к нему пришел 60-летний Ристо Форцан:"

"- Дай и мне винтовку, товарищ Чича!"

"- Вовзращайся домой, старик! Это же не свадьба, где в небо можно радостно пальнуть из ружья, а куда более серьезно. Вооруженная борьба, война".

"Ушел Ристо, недовольный, но опять появился спустя несколько дней - с новым карабином. И сказал вызывающе:"

"- Теперь ты мне не можешь запретить вместе с тобой стрелять по гадам".

"После двух месяцев свободы, Романии вновь стала угрожать опасность. Пока Чича находился в только что освобождённой Рогатице, противник, явившись из Сараево, успел захватить несколько населённых пунктов. Положение стало критическим. Пока Романийский партизанский отряд ускоренным маршем двигался на Новосеоци, матери с детьми выходили на тропу и умоляли: "Не отдавай нас, Чича! Защити!"

"Налёт на домобранское подразделение был настолько мощным, что вояки Павелича, хотя и находившиеся на укреплённых позициях, быстро вывесили белый флаг. В плен сдались, как подсчитали, 168 солдат и 12 офицеров; захвачены были и обильные трофеи: 1 миномёт, 5 крупнокалиберных пулемётов, множество винтовок и 45 ящиков с боеприпасами".

"Пленных повели на суд за совершенные преступления. Некий мужичок отнял у пленного домобрана шинель".

"- Верни, товарищ, шинель!" - предупредил его Чича".

"- Почему это? Мне она нужнее".

"- Возвращай немедленно, когда тебе говорят".

"- Даже и не подумаю".

"Командант вытащил револьвер и перед строем отряда застрелил мародёра".

"Первейшей заботой Чичи были раненые. Часто он посещал их в импровизированном госпитале в Биела Воде, а охранять их и помогать медработникам направлял лучших бойцов. Однажды ему пожаловался Крсто Йолович:"

"- Возвращай меня в чету, немедленно! Мне приказано здесь помогать, но что я могу сделать?"

"- Терпи, Крсто! И знай, что лучше тебе больше работать в больнице, чем в чете на каждом плече носить по одному пулемёту".

"Один раненый с койки спросил:"

"- Мы скоро пойдём на Сараево, товарищ Чича?"

"- Может быть, герой..."

"- Эх, вот бы мы оказались сейчас там, у фонтанов, да станцевали наше романийское коло!"

"Чича был серьёзен:"

"- Когда освободим страну, тогда нам нужно будет засучить рукава".

"В начале Второго вражеского наступления, в середине января 1942, Чича, как член Главного штаба народно-освободительных партизанских отрядов Боснии и Герцеговины, был назначен командантом сектора направлений на Власеницу и Хан Пиесак. Противник атаковал из Зворника и Сараево. Трогательным было его расставание с жителями Романии в Соколаце. Пока он говорил со своими бойцами, со всех сторон слышались оклики: "Чича! Наш дорогой Чича..."

"Враг, несмотря на глубокий снег, прорывался от Власеницы, и Чича приказал отходить по лесной дороге на город Олово. Шел во главе 5-го Шумадийского батальона 1-й Пролетарской ударной бригады, и в предвечерние часы 20 января 1942 остановил колонну в Пьеноваце. Было ужасно холодно".

"- Давай продвинемся дальше, Чича! Здесь опасно останавливаться, - предпреждал будущий Народный герой Югославии Цвиетин Миятович, "товарищ Майо".

"- Знаю, но должны дать людям отдохнуть и спасти обоз!"

"Это было роковое решение, ведь Пьеновац, с его железнодорожной станцией, лежит, словно вкопанный, в теснине реки Ступчаница, окруженный крутыми высотами. Утром 21 января 1942 Майо опять уговаривал:"

"- Давай, Чича, двигаться как можно скорее. Они могут внезапно нагрянуть!"

"- Может, ты и прав, Майо. Вот поэтому ты со своей группой пойдешь как заслон в направлении Кнежины. Возьмите и один пулемет".

"Группа не отмахала ещё и 300 метров, как в Пьеноваце начался ад. Подкравшись незаметно при помощи четников и неожиданно рванувшись на лыжах со всех сторон, гитлеровские стрелки из 697-го полка 342-й дивизии вермахта обрушили на партизан град пуль из автоматического оружия. Чича, в черном плаще, успел добраться из здания железнодорожной станции до моста, но там, раненый, упал в снег. Хотя пулеметная очередь попала ему в спину и ноги, он продолжал отстреливаться, убил двух гитлеровцев, но и сам погиб".

"Нацисты его мертвое тело вытащили на санях, чтобы потом несколько дней специально возить по многим окрестным населённым пунктам, демонстрируя жителям и стараясь их запугать. Но все операции и победы Чичи, а, особенно, смерть народ Романии воспел в целом ряде народных песен".

Фото: Народный герой Югославии, хорватский и боснийский революционер-коммунист Славиша Вайнер ("товарищ Чича", 1903-1942); предположительно, Сараево, начало 1941.



Фото: семья Вайнеров, в саду дома в Баня Луке - Славиша, его жена Славка и сыновья Добриша и Небойша; 1935.



Фото: последний из сохранившихся снимков Славиши Вайнера - со своей матерью, перед самой войной; весна 1941.




Tags: Босния, история
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments